Вячеслав Колосков 15 июня отмечает 85-летие. Один из успешных руководителей российского футбола рассказал ТАСС о советах Анатолия Тарасова, Виктора Тихонова и главных правилах жизни.
Об игре со Стрельцовым
Я воспитанник дворового футбола, родился в Измайлове, с утра до вечера футбол и футбол. Повезло, что рядом с нами жил парень, который работал на ткацкой фабрике. До 16 лет я играл в той команде, после школы попал на завод, на мое счастье, там тоже была футбольная команда. Потом в армии играл в футбол, поступил в институт, закончил кафедру футбола и хоккея с красным дипломом.
Все это было связано с моими любительскими умениями в футболе. Было дело, что играл против Эдуарда Стрельцова. Я выступал за заводскую молодежную команду "Крыльев Советов" в Москве, после армии перевели в основную. Приезжаю на матч, смотрю, народ битком. В раздевалке рассказали, что сыграем против Эдуарда Стрельцова и капитана "Торпедо" Александр Савушкин, которые были в одной команде.
Мне пришлось играть против Стрельцова, он забил один мяч, второй забил Савушкин, проиграли 0:2. Не испытывал какого-либо страха, я в армии служил, мало знал о Стрельцове, но слышал, что это выдающийся футболист. На поле он был совсем другой, тяжелый, дряблый, но забил - из-под меня. Обработал мяч, показал в одну сторону, ушел в другую и забил.
Об организации РФС
На том этапе это было революционное решение. Все развалилось, никто не знал, что делать. Хорошо, что в это время я был уже вице-президентом ФИФА (Международной федерации футбола - прим. ТАСС) и членом исполкома УЕФА (Союза европейских футбольных ассоциаций - прим. ТАСС), у меня были знания и опыт.
Мы сделали самостоятельную и автономную организацию. Долго бились, только по решению Бориса Ельцина нам удалось зарегистрировать Российский футбольный союз. А дальше пошли поэтапно.
В первую очередь это образование региональных федераций на местах, давалось это трудно. Они не знали, как проводить конференции, не было единой методички, приходилось часто проводить мероприятия самому. Бывало, что один стол на всю федерацию. РФС начал снабжать блокнотами, ручками, даже телефон оплачивал. Потом мы разрешили им проводить соревнования, дело сразу пошло. Мы как РФС первыми заключили контракты с телевидением, коммерческие контракты по реализации прав, в том числе за рубежом. Первыми ввели валютную премиальную систему для футболистов, которые участвуют в коммерческих мероприятиях. Все получилось благодаря тому опыту и знаниям работы в УЕФА и ФИФА.
О моменте сожаления
С допингом Егора Титова я разобрался очень легко. Игрок был в заявке (Титова дисквалифицировали из-за обнаруженного запрещенного вещества бромантана на год в 2004-м, он был заявлен на стыковой матч сборной России против команды Уэльса в отборе на Евро-2024 - прим. ТАСС), но не играл. У меня авторитет в УЕФА и ФИФА был очень большим, что доказывают проведение финалов Кубка УЕФА и Лиги чемпионов в России. Поэтому вопрос с допингом Титова я решил очень легко.
Что касается "Письма четырнадцати", то здесь было посложнее. (речь идет об отказе ряда футболистов сборной России выступать на ЧМ-1994 - прим. ТАСС). Спустя годы понимаю, что, может быть, мне не стоило так жестко поступать с этими ребятами, которые в угоду копеечным собственным интересам подписали письмо. Надо было выходить семерым футболистам в бутсах Reebok, компания давала $300 тыс., а этого хватало на содержание не только основной сборной, но и остальных пяти. Я все объяснял ребятам, а они говорили - личные контракты, не хотим, не будем. Может быть, стоило персонально с каждым поговорить. Но и времени не было, да и терпения не хватило. Раз пошли наперекор мнению федерации, пришлось принять такое жесткое решение.
Первое письмо подписали всего три человека, оно попало к известному человеку, он стал собирать другие подписи, набралось 14 в течение полугода. Все это было мне известно, все это я знал, у меня кипело. Потому что Садырин - великолепный специалист, потрясающий тренер и замечательный человек. Против него выступили - я считал это кощунством. Садырина полностью поддерживал. Момент сожаления? За эти годы столько уже прошло. Но уже упомянул, может быть, мне стоило помягче быть и деликатнее, чтобы с ребятами поговорить. Это была моя ошибка, что так жестко поступил. А в остальном вроде бы себя упрекнуть не в чем.
О правилах жизни и работы
Главное правило, которое я говорю детям, - любить свою страну и любить то место, где наши корни. Поэтому мои дети тоже воспитываются в селе, я их все время туда вывожу, мы там еще им дом построили. На примере своего деда, отца, матери. Мне кажется, что это удалось, внук тоже полюбил все это.
В жизни главное - никому не завидовать. Все достигается своим трудом. Нужно трудиться и выходить на этот уровень. Ну и, понятно, не быть подлецом, общеизвестные истины, никого не обманывать. Но никому не завидовать - то правило, которое прививаю своим детям.
О переменах в ФИФА и УЕФА
Мне кажется, что ФИФА с моих времен однозначно поменялась в худшую сторону. Первым делом, что сделал президент ФИФА Джанни Инфантино, так это изменил управление. Ранее исполком был главным международным органом, аппарат реализовывал то, что принимал исполком. Сейчас же исполком распустили, сделали совет, который может рекомендовать, а всем руководит аппарат. Это большая ошибка, которая приводит к 48 участникам на чемпионате мира, к поломке клубного чемпионата мира. Я до конца ни одной игры того турнира не досмотрел, очень примитивный уровень.
У УЕФА дела получше, Александер Чеферин - очень толковый и грамотный человек, воспитывался в той среде Юханссона, Мишеля Платини, которые все там создали. Делает много полезных вещей для футбола. Я бы заключил так, для УЕФА - на первом месте футбол, а потом деньги. Для ФИФА - наоборот.
